лу?
   - Точно, - кивнул Пол. Он нагнулся, собрал орешки и кусочки яблока,
  сложил их в пластиковый пакет.
   - Эй, а не кажемся ли мы ей сумасшедшими, раз все время уносим еду? -
  предположил Марк. Пол рассмеялся.
   - Может, и так. Но если она привыкнет есть за нашей спиной, как только мы
  уходим, тогда у нее не будет причин приходить, когда мы здесь.
   Пока они шли к лагерю, расположенному на дальнем конце горного луга
  длиной в двести ярдов, Пол вновь постепенно пережил все ощущения этого
  восхитительного летнего дня, как будто раскинувшего вокруг него чувственную
  мозаику. Теплый летний ветерок. Белые маргаритки, мелькающие в траве,
  блестящие желтые лютики. Аромат земли, травы и полевых цветов. Постоянное
  перешептывание листьев и легкий шорох ветерка в сосновых иглах. Щебетанье
  птиц. Торжественные тени леса. И застывший в вышине ястреб, завершающий
  мозаику; его пронзительный крик казался преисполненным гордости, словно он
  знал, что венчает собой сцену, как будто думал, что приближает к земле небо
  своими мощными крыльями.
   Подошло время их еженедельного подхода в городок, чтобы пополнить
  истощившиеся запасы продуктов - но в какое-то мгновение ему не захотелось
  покидать горы. Даже Черная речка - маленький, затерянный в горах,
  изолированный от современного мира городок - мог показаться