, и
  он не нуждался в жалости. Ни на секунду! Энергия била у него через край, он
  готов был разразиться смехом - неистребимый оптимист, каждый день своей
  жизни он проживал со смаком. Если он и не искал каких-то сложных
  удовольствий, зато компенсировал это тем, что всегда был в бодром настроении
  благодаря простым радостям и утехам жизни, которыми Рай, поверяя их умом,
  никогда не была способна удовольствоваться без непременного самокопания. Пол
  знал, что настанет день, и его дети - каждый по-своему - доставят ему
  огромное счастье и заставят гордиться собой, пока смерть не заберет их у
  него.
   Словно натолкнувшись на невидимый барьер, он остановился посреди тропы,
  покачиваясь слегка из стороны в сторону.
   Эта последняя мысль поразила его. Когда он потерял Энни, он некоторое
  время думал о том, что теряет все лучшее, что имеет. Ее смерть заставила его
  осознать с болью, что все - даже глубоко прочувствованные, сильные личные
  отношения, которые ничто не могло поколебать или разрушить, - преходяще, все
  забирает могила. Последние три с липшим года какой-то тайный голос твердил
  ему, что следует приготовиться к смерти, дожидаться ее и не позволить, чтобы
  потеря Марка, Рай или еще кого-то из близких потрясла его так, как это
  случилось, когда умерла Энни. Но до сих пор голос этот был подсознательным,
  совет - хотя и