ухают гланды. И все же, какой бы слабой ни были та вспышка, она
  распространилась по всему городу и на лесопилке всего за сутки. Ее
  подхватили все. Разумеется, я думал и о том, что, возможно, это вовсе и не
  грипп, а какое-то отравление.
   - Отравление?
   - Да. От обычной еды или воды.
   - Когда вы связывались со службой здоровья?
   - Двенадцатого, в пятницу, ближе к вечеру.
   - И они кого-либо прислали?
   - Только в понедельник.
   - Ив это время эпидемия еще наблюдалась?
   - Нет, - ответил Трутмен. - У всех в городе были дрожь, холодный пот и
  тошнота еще в субботу ночью. Но никто не страдал от этого в воскресную ночь.
  Что бы это ни было, исчезло оно еще внезапнее, чем появилось.
   - Представитель службы здоровья еще проводит исследования?
   Жадно разглядывая разложенную на салфетке еду, Трутмен поерзал в кресле и
  ответил:
   - Ах, да. Доктор Иване, один из младших сотрудников, провел весь
  понедельник и большую часть вторника, расспрашивая людей и проводя
  обследование.
   - Обследование? То есть вы имеете в виду пищу и воду?
   - Да. И анализы крови и мочи.
   - А брал он пробы воды из городского резервуара?
   - Да. Он наполнил, по крайней мере, двадцать пробирок и пузырьков.
   - Он еще работает над своим отчетом? Трутмен облизал губы и произнес:
   - Да. Вчера вечером он позвонил мне, чтобы рассказать