ся с их женами. Они отдадут ему своих дочерей, своих
  девочек-подростков. Они не посмеют запретить ему проделывать с ними что
  угодно из ряда вон выходящее. Он может потребовать любую жуть, и исполнять
  его приказы они будут с радостью. Но в общем он будет милостивым правителем,
  благожелательным тираном, скорее отцом, чем тюремщиком. "Сапогами по липу" -
  это не для него. При этой мысли он улыбнулся. Десять лет назад, когда он еще
  читал лекции и писал о том, что ждет в будущем человечество с точки зрения
  поведенческих моделей и контроля над сознанием, как насмехались над ним, как
  осуждали его коллеги-ученые. В лекционных аудиториях, где с трудом
  досиживали до конца, он выслушивал бесчисленные самодовольные сетования,
  перемежающиеся проповедями о вторжении в тайны и сокровенные глубины
  человеческого мозга. Ему приводили цитаты сотен великих мыслителей, сочиняли
  на него эпиграммы - некоторые он помнит по сей день. Как раз одна, о будущей
  судьбе человечества, и содержала ряд описаний, среди которых пресловутое
  "сапогами по липу" - еще не самое сильное. Ну, это, конечно, иносказание.
  Сапоги, символизирующие жестокую авторитарную власть, только средство
  удерживать массы в повиновении. Теперь, когда существуют наркотики и
  программа "ключ-замок", всякие намеки на солдатский сапог архаичны. Никого
  больше