я эрекция, его мать, Клингер, Бренда,
  власть, солдатские сапоги, ноги Эммы...
   - Теперь что? Она стояла раздетая.
   - Иди сюда, - приказал он. Маленькое животное.
   - Опустись.
   - На пол?
   - На колени.
   Она встала на колени.
   - Прекрасное животное.
   - Я тебе нравлюсь?
   - Пока нравишься.
   - Пока что?
   - Пока я не доберусь до твоей невестки.
   - Эммы?
   - А он пускай посмотрит.
   - Кто?
   - Этот тупой полицейский.
   - Он не тупой.
   - Сладкая девочка. Ты возбуждена, Бренда.
   - Мне становится все жарче. Как раньше.
   - Ну, разумеется. Горячее и горячее.
   - Меня всю трясет.
   - Ты хочешь меня еще сильнее, чем раньше.
   - Иди ко мне.
   - Все горячее и горячее.
   - Я.., стесняюсь.
   - Нет. Вовсе нет.
   - О Боже!
   - Чувствуешь, как хорошо?
   - Очень хорошо.
   - Нет, ты совсем не похожа на Мириам.
   - Кто такая Мириам?
   - Неплохо бы, если бы этот старый потаскун видел меня сейчас.
   - Кто? Мириам?
   - Он был бы оскорблен в лучших чувствах. Начал бы цитировать Библию.
   - Да кто?
   - Даусон. Пожалуй, даже не смог бы этого вынести.
   - Я боюсь, - внезапно призналась она.
   - Чего?
   - Не знаю.
   - Перестань бояться. Ты не боишься.
   - Ладно.
   - Ты боишься? Она улыбнулась:
   - Нет. Ты собираешься заняться со мною?
   - Да я, черт побери, просто размолочу тебя! Горячо, а?
   - Да.