знательного мышления разумно
  усваивать информацию.
   Клингер отодвинул кресло оператора от пульта управления и уселся в него.
  Левой рукой он поглаживал колено. Рука была столь волосатой, что напомнила
  Салсбери крысу из сточной трубы. Генерал поглаживал одну руку второй, не
  менее заросшей, обдумывая только что увиденное. Наконец он проговорил:
   - Наши три наемника. Когда они прошли все три стадии программы?
   - Тридцать дней назад. Я осматривал их и изучал их готовность к
  подчинению в течение последних нескольких недель.
   - Хотя бы кто-нибудь из них среагировал так же, как Кингман?
   - У всех были дурные сны, - ответил Салсбери. - Вероятно, касающиеся
  того, что они видели в скрытом фильме. Но припомнить они ничего не смогли.
  Более того, у всех были страшная ночная дрожь и жестокая тошнота. Но они
  выжили.
   - Возникли какие-нибудь другие осложнения?
   - Никаких.
   - Нет слабых мест в программе? Ни одного раза, когда они бы отказались
  подчиниться вам?
   - Пока ни одного подобного случая. Через несколько минут, когда мы
  подвергнем их заключительному испытанию, мы узнаем, есть ли у нас над ними
  полный контроль. Если нет, мне придется начать сначала. Если же да, тогда -
  шампанское!
   Клингер вздохнул.
   - Полагаю, мы выясним что-то важное. Думаю, это контрольное испытание
  совершенно необходимо.