ря на то, что ему было далеко за тридцать, едва
  ли не сорок, выглядел как заядлый уличный панк. Стройный, но жилистый и
  крепкий. Немного выше пяти футов. Весь какой-то темный. Темные волосы
  зачесаны назад и серебрятся на висках. Его манера стоять, широко расставив
  ноги, перенеся на пальцы весь свой вес, свидетельствовала о том, что он
  находится в непрестанной готовности двигаться вперед и двигаться быстро.
  Лицо сморщенное, глаза посажены слишком близко, губы тонкие, словно
  серовато-розовая полоска над острым подбородком.
   - Это Роснер, - представил его Клингеру Салсбери. - Глен Роснер.
  Американец. Он был по найму солдатом около шестнадцати лет.
   - Привет, - сказал Роснер.
   - Никто из вас не должен говорить, пока вам не прикажут, - заявил
  Салсбери. - Это понятно?
   - Да, - эхом отозвались три голоса. Второй мужчина был приблизительно тех
  же лет, что и первый, но кроме этого, никакого другого сходства между ними
  не было. Выше шести футов. Рослый, сухощавый, производил приятное
  впечатление. Рыжеватые светлые волосы плотно прилегали к голове. Широкое
  лицо. Тяжелые челюсти. Серьезное выражение было присуще его лицу столь
  долгие годы, что, казалось, уже не могло измениться. Он был похож на одного
  из тех многочисленных отцов, которые устанавливают сыновьям непреложные
  правила,