ние еще до того, как
  придется рассказать о случившемся Даусону".
   Еще раньше, минут через двадцать после смерти мальчишки, он
  отредактировал воспоминания семьи Торпов, убрав из их памяти все связанное с
  убийством. Процесс стирания информации занял две-три минуты, но это был лишь
  первый этап непростой процедуры по сокрытию своей причастности к убийству.
  Если бы ситуация сложилась менее отчаянная, если бы не произошло убийства,
  если бы вся программа "ключ-замок" не оказалась под угрозой, он мог бы
  оставить у семейства Торпов белые пятна в памяти и, несмотря на это,
  чувствовал бы себя совершенно спокойно. Однако обстоятельства складывались
  так, что необходимо было не только стереть правду, но и заменить ее
  детальным набором фальшивых воспоминаний об обыденных действиях, которые
  могли быть совершены утром. - но которых в действительности не было.
   Салсбери решил начать с женщины. Мальчику он приказал:
   - Отправляйся в гостиную и сядь на софу. Не уходи оттуда, пока я не
  позову тебя. Понятно?
   - Да, - ответил Джереми и вышел из комнаты. Салсбери с минуту думал, как
  действовать дальше. Эмма наблюдала за ним молча. Наконец он произнес:
   - Эмма, который час?
   Посмотрев на часы-приемник, она ответила:
   - Двадцать минут двенадцатого.
   - Нет, - мягко проговорил он, - двадцать минут десятого.