ь, она считала, что с ними ей легче
  справиться, чем с кучей парней. Таким образом, этот самый Огден и я в
  течение двух или трех лет были единственными мужчинами в доме.
   Агент. А что, собственно говоря, в этом плохого?
   Мистер Бергер. Старшие девчонки знали, что с ним приключилось. Они,
  бывало, издевались над ним, порой жестоко. Он же терпеть не мог их насмешек
  и каждый раз заводился. Начинал ругаться и кричать на них. Разумеется,
  именно этого они и добивались и продолжали над ним издеваться. Когда Огден
  слишком часто стал попадаться на их провокации, я отвел его в сторону и
  поговорил, почти так, как отец с сыном. Я посоветовал ему не обращать на них
  внимания. Объяснил, что они всего лишь женщины. А женщины годятся лишь для
  двух дел: трахаться и готовить. Так я сам к ним относился до встречи со
  своей второй женой. Во "сяком случае, думаю, я здорово помог парню. Здорово
  помог... Представляешь, в этом пансионате не дают трахаться!
  
  ***
  
   В другом рапорте, который Даусон считал особенно интересным,
  воспроизводилась беседа с Лейердом Ричардсоном, ответственным работником
  отдела расследований Службы безопасности Пентагона. Агент фирмы
  Гаррисона-Бодрея предложил ему за пятьсот долларов запросить армейское
  личное дело Салсбери, ознакомиться с ним и сообщить его содержание.