х пригородах. Забыв о такте, он выпалил все
  это, но Леонард тогда воспринял его замечание как комплимент. Однако
  встречаясь, с Даусоном еженедельно последние три месяца, Огден узнал о
  некоторой эксцентричности хозяина и уверился, что дом изначально замышлялся
  как храм, что Даусон намеревался превратить его в священный монумент
  благоденствия и силы.
   Сосновый дом и стоил примерно столько же, сколько церковь: полтора
  миллиона долларов, включая стоимость земли. Тем не менее, это был всего лишь
  один из пяти домов и трех громадных квартир, которыми Даусон и его жена
  владели в Соединенных Штатах, на Ямайке, в Англии и Европе.
   После обеда трое мужчин расположились в удобных креслах в гостиной,
  вблизи от окна с живописным видом. Тахо, одно из глубочайших высокогорных
  озер в мире, блестело в лучах заходящего, солнца, почти скатившегося с неба
  и скрывающегося за горами. По утрам вода была прозрачно-зеленоватой. Днем
  она приобретала цвет чистого голубого кристалла. Сейчас, прежде чем стать
  черной, как смоль, вода, словно пурпурный бархат, переливалась у берега.
  Пять или десять минут они наслаждались видом, перебрасываясь лишь отдельными
  замечаниями о поданном на обед мясе или о бренди, которое они потягивали.
   Наконец Даусон повернулся к генералу и произнес:
   - Эрнст, что ты думаешь о подсознательном