и девяносто процентов вариантов будущего сулят нам провал, мы не
  рискуем. Если шансы в нашу пользу составляют пятьдесят на пятьдесят или
  больше, идем на дело.
   - Пятьдесят на пятьдесят не так уж и здорово, - сказал Тоэм.
   Корги пожал плечами и отхлебнул еще вина. Тоэм тоже сделал глоток.
   - И разумеется, - продолжал Корги, - все мы способны заглядывать в
  Запредельность, все обладаем силой, которая раздвигает Порог. Таковы
  парапсихические таланты, которые, кажется, каждый из нас получает в
  наследство.
   Тоэм поставил бокал с вином.
   - Вот чего я никак не пойму. В чем дело с этим Порогом, и молекулой
  скорлупы, и переброской? Корги тяжело заворочался на стуле.
   - Довольно трудно объяснить это незнакомому с основами физики и с
  общепринятой терминологией. Есть способ избавить вселенную от ромагинов и
  сетессинов. И хочу сейчас объявить своим товарищам мутикам, что Ханк принес
  мне информацию, которая полностью переменит наш план. Все головы повернулись
  к Ханку.
   - Не знаю, - начал тот, сворачивая на столе псевдоруки, - может, мы
  сконцентрировали более мощные силы, чем удавалось когда-либо какой-либо
  другой группе. Но я, находясь в такой близости к сильному полю, получил
  сатори - озарение. Мы пытались удерживать на месте вселенную, перемещая ее
  части - миры ромагинов и сетессинов, - и, открыв в молекуле скорлупы щель,
  протолкнуть их туда. Меня озарило, что это ошибка,