из мертвых малюток
  взывала к нам, вот что это было.
   Немного свежего воздуха. Да, все, что ей требовалось.
   И конечно, немного света.
   - А потом карты, - вставил Джерри. - Карты поведали нам, что призрак
  однажды вернется.
   - Карты? - переспросила Элайн. Она надеялась, что, поторопив их, она
  сможет раньше уйти.
   - Мы с Джерри ходили к гадалке в Питтсбурге, - призналась Бесс. - Ее
  звали Джейн Мозес. Вы о ней слышали?
   - Нет.
   Джерри поделился:
   - Она была одной из самых известных гадалок на Востоке, а может, и самой
  известной. Ее мать и отец были цыганами. Мать - албанской цыганкой, а отец -
  польским. Мать ее матери была знахаркой, которая зарабатывала себе на жизнь
  тем, что лечила болезни, после того как умер ее муж. А ее брат Лерой был
  седьмым сыном седьмого сына - и он умер на руках у Джейн.
   Бесс тоже хотелось рассказать часть этой истории. Она заерзала в кресле и
  вмешалась:
   - "Джейн Мозес" было лишь частью ее имени, самой простой для произношения
  частью. Она разложила карты, и погадала нам на них, и сказала, что нож
  вообще не прятали. Она сказала, что дух Амелии Матерли, когда он изошел из
  ее мертвого тела, унес нож. И она сказала - это верный знак того, что
  призрак собирается однажды вернуться. И она была права. Он вернулся.
   - Спустя столько лет, - согласился Джерри. Немного света, прочь от этого
  полумрака... Немного воздуха...
   Это все, что было нужно Элайн.
   - Простите