и буркнул:
   - Приходите завтра наверх, чтобы посмотреть картину.
   Элайн не смогла ответить. Она была уверена, что ему слышны тяжелые удары
  ее сердца и что по этому физиологическому признаку он поймет, кого она
  больше всего подозревает. Его!
   - К тому времени она будет закончена, - сказал он.
   Она кивнула.
   - Так, значит, завтра, - повторил он. И тихо ушел.
   Несколько минут Элайн не могла пошевельнуться. Ее ноги затекли, и их
  кололо так, будто в них вонзили тысячи иголок. Икры напоминали желе,
  настолько они были слабыми и так дрожали. Живот ее будто скрутили мертвым
  узлом, а грудь набили комьями темного, не тающего страха. Ей пришлось
  обратиться мыслями к приятным вещам вроде чудесного дня, который только что
  прошел, и вкусной еды, которую она только что съела, и поцелуя, который
  Гордон запечатлел на ее щеке. Только потом она смогла встать.
   Она взошла по лестнице, опасаясь полумрака, царившего там днем и ночью.
  Она собиралась осмотреть Джейкоба, проследить, если необходимо, чтобы он лег
  в постель, а потом закрыться в своей комнате и подпереть дверь стулом,
  именно так, как рекомендовал Гордон.
   Ночь предстояла долгая.
   Длиннее всех предыдущих.
   И что-то подсказывало ей: это будет также и недобрая ночь, ночь поистине
  ужасная.
  
  Глава 16
  
   Элайн не сразу заметила книгу, которую кто-то положил на подушку в
  изголовье ее кровати. Переплет обложки мягкого бежевого цвета почти