поскорее захлопнуть их.
   Второй камень ударил ее в плечо и заставил вскрикнуть, хотя страх не
  позволил закричать в полную силу.
   Рука ужасно болела, но ей удалось удержать створки окна и захлопнуть их.
  Элайн задвинула щеколду, бросила крючок в петельку наверху и отступила
  назад, так чтобы ее не было видно через стекло. Когда через несколько минут
  третьего камня не последовало, она сдвинула янтарные шторы, как будто они не
  только отгораживали ее от ночи, но также ограждали от всего мира и
  нападения, словно оно и не случилось вовсе.
   Девушка прошла в ванную и сняла куртку пижамы, чтобы как следует
  осмотреть свое плечо. Там, куда ударил камень, кожа уже начала краснеть и
  распухать. Синяк был величиной с ее ладонь и сильно болел, когда она
  попыталась до него дотронуться. Она знала, что, как бы ушиб ни болел сейчас,
  утром будет хуже вдвойне. Появится такое ощущение, как будто ее.., ударили
  ножом.
   Она пустила воду из крана, пока та не стала ледяной, потом махровой
  салфеткой смачивала ушиб до тех пор, пока кожа не онемела. Дело было
  сделано, вряд что еще можно было добавить. Она снова оделась и вернулась в
  спальню.
   Когда она села на край кровати, то призналась самой себе, что камень мог
  убить ее или по крайней мере вызвать тяжелое сотрясение мозга. Ей не
  хотелось думать об этом. Но в конце концов, она медсестра. Ей не уйти
  надолго от этих мыслей.
   Кто-то пытался