ри малейшей
  попытке надавить на дверь они бы упали и зазвенели, и этого хватило бы,
  чтобы ее разбудить.
   Но и уснув, она не обрела покоя. Ей приснилось, как ее ударили в лицо
  камнем, большим камнем с зазубренными краями. Во сне ее нос был размозжен, а
  левый глаз - выбит. Густая, красная кровь текла из ее ран, и она лежала без
  сознания и, возможно, умирала...
   Элайн просыпалась от одного и того же кошмара так часто, что к четырем
  часам оставила всякие попытки уснуть. Она снова взяла книгу, которую Джерри
  и Бесс оставили на ее кровати, и почитала еще немного о мужчинах и женщинах,
  одержимых духами мертвых и доведенных до неописуемых вещей. Она надеялась,
  что, читая эту чепуху, сумеет снова вызвать в себе гнев. У нее, исполненной
  гнева, не останется места для страха.
   Идея была такая.
   Но она не сработала.
   Она жаждала утра так, как никогда еще не хотела ничего в жизни, и
  приветствовала бледную зарю с детским восторгом, благоговейно наблюдая за
  медленным продвижением солнца.
   Скоро наступит утро. Скоро все закончится.
   Скоро.
  
  Глава 17
  
   Как медсестра, Элайн всегда поражалась легкости, с которой людям
  удавалось преодолевать невзгоды, которые, как казалось моментом раньше,
  вот-вот задушат их. Даже самые слабые люди в конечном счете распрямлялись и
  смотрели в глаза тому, что оказывалось на их пути, - серьезным болезням,
  смерти любимого человека, - и шли дальше по жизни, как умели, в