ать, в чем заключалась рождественская трагедия, она
  понимала, что будет ошибкой затрагивать сейчас эту тему. Даже при намеке на
  то происшествие, еще до ночного переполоха, У него случился приступ. Ее долг
  - беречь его покой.
   - Я думаю, - продолжал Джейкоб, - вам следует обратить особое пристальное
  внимание на тех троих, о ком я упоминал ранее.
   - Вы думаете был кто-то из дома? А не вор, или бродяга, или...
   Он улыбнулся, но это была ужасная улыбка, даже несмотря на то, что она не
  видела застывшую половину его лица.
   - Моя дорогая Элайн, едва ли это мог быть кто-то еще.
   - Кто-то, притаившийся на дорожке, - предположила девушка. - Кто-то,
  видевший, как Силия уехала, и подумавший, что она может вернуться.
   - Но она не живет здесь, - возразил старик. - С чего бы ей возвращаться?
  Только люди из дома знали, что она собирается провести здесь уик-энд.
   Элайн стояла на своем:
   - Сумасшедший, видевший, как она уезжает, не должен был знать, что она -
  посторонний человек. Он мог подумать, что она живет здесь, подождать и
  попытать счастья - или несчастья.
   - Простые ответы лучше, - хмыкнул Джейкоб. Это было также и одной из
  аксиом Элайн, но она не знала, применимо ли это здесь. Она так ему и
  сказала:
   - Это гораздо сложнее - даже всего лишь вообразить, что это сделал один
  из людей в этом доме. Никто из них не способен на такую вещь!
   - Некоторые способны, - отмахнулся старик. Ее вдруг рассердил