б этом? - спросила Элайн. Она знала,
  что история каким-то образом выставит в невыгодном свете имя Матерли, но не
  могла побороть искушение узнать наконец, что именно случилось в столь давние
  времена.
   - Это была Амелия Матерли, - начала Шила. Голос ее понизился до
  трагического шепота, как будто она говорила в присутствии покойника или в
  стенах храма. - Никто никогда не считал ее нормальной. Она славилась своим
  крутым нравом. Ни один торговец в городке - а этот пригород был тогда еще
  маленьким городком - не избежал ее ярости. Соседи находили невозможным
  ладить с ней, как подобает достойным людям. Она страдала снобизмом - и
  кое-чем похуже.
   - Худшее и привело к тому кошмару в Сочельник, - добавил Сид. Он так же
  театрально передернулся и приложился к выпивке.
   Шила рассказывала:
   - Деннису было тогда десять лет. Его брату, Гордону, семь. Двое маленьких
  детей, не понимавших, какое зло заключено в их доме. - Она покачала головой
  с явным сочувствием к маленьким детям, потом продолжила:
   - У Ли и Амелии было тогда еще двое детей, двойняшек. Их звали Лана и
  Лаура. Две милые маленькие девочки, возрастом примерно в десять месяцев.
   Элайн подумалось - она в точности знает, к чему идет дело. И не хочет
  слушать об этом.
   И все-таки она не сделала никаких попыток прервать рассказ Шилы,
  загипнотизированная жарой, щебетом птиц, влажностью, которая была подобна
  покрывалу, и бубнящим рассказом о