леке от того места, где "Корвет" слетел с мостовой. На невысокой
  дорожной насыпи, ярдах в восьмидесяти от него, стоял какой-то человек с
  ручным фонариком. Он что-то кричал, но ветер относил слова в сторону, и
  Томми ничего не разобрал.
   Движение в этот час было не сильным, но даже на шоссе Пасифик-Коуст,
  недалеко от места аварии, все же остановилось несколько машин. Правда, из
  них пока никто не вышел.
   Человек с фонарем начал спускаться по насыпи, спеша на помощь Томми.
   Томми изо всех сил замахал руками, призывая доброго самаритянина
  поторопиться. Ему хотелось, чтобы кто-то еще услышал отчаянный визг
  застрявшей под капотом твари или увидел ее своими собственными глазами, если
  ей паче чаяния удастся выбраться из переплетения труб и проводов. Ему нужен
  был свидетель.
   В это время бензин, который, по всей видимости, понемногу скапливался под
  лежащим на боку "Корветом", наконец-то воспламенился. Оранжево-голубое пламя
  рванулось высоко вверх с вулканическим ревом, испаряя летящие ему навстречу
  дождевые капли.
   Жаркая волна нагретого воздуха ударила Томми с такой силой, что он
  попятился назад, закрывая руками опаленное лицо. К счастью, ветер разредил
  пары бензина, и взрыва не произошло, но жар был так силен, что одежда и
  волосы Томми вполне могли бы воспламениться, если бы не намокли под дождем.
   Из огня донесся неземной визг попавшей в западню твари.
   Мужчина, успевший спуститься