дому,
  высаженные вдоль поворота кораллово-красные и белые бальзамины замерцали в
  свете фар всеми цветами радуги. Быстрые пятна света поползли вверх по
  лохматой, шелушащейся коре мелалукк и исчезли в посеребренных луной кронах,
  вздрагивавших от дыхания ветра.
   Оказавшись в гараже, Томми опустил ворота и некоторое время сидел в
  умолкнувшей машине, вдыхая запах новенькой кожаной обивки. Сознание того,
  что эта машина принадлежит ему, наполняло его гордостью. Если бы он был
  уверен, что сможет заснуть сидя в водительском кресле, он, наверное, остался
  бы в "Корвете" до утра.
   Как бы там ни было, Томми не хотелось оставлять свою машину в темноте.
  "Корвет" был так красив, что он, поколебавшись, оставил включенными
  светильники на потолке, словно его автомобиль был бесценным экспонатом в
  какомнибудь музее.
   Пройдя в кухню, Томми повесил ключи возле холодильника на крючок и вдруг
  услышал раздавшийся у входной двери звонок. Он был уверен, что это звенит
  его звонок, и все же ему показалось, что он прозвучал как-то необычно -
  глухо и зловеще, словно сквозь сон. Впрочем, Томми сразу подумал о
  наказании, преследующем всех владельцев собственных домов: то одно, то
  другое время от времени выходило из строя и требовало ремонта.
   Потом Томми вспомнил, что никого не ждет. Сегодня вечером он собирался
  уединиться в своем кабинете и пересмотреть некоторые главы рукописи, над
  которой работал.