ультуристам и гигантам с такими чудовищными бицепсами, что рядом с ними
  Шварценеггер казался бы мальком-приготовишкой.
   Гадая, сможет ли он когда-нибудь написать хоть две строчки о человеке
  находчивом и деятельном после того, как сам повел себя в критических
  обстоятельствах как нюня, Томми сумел наконец отринуть сковывавшие его цепи
  страха и медленно повернул дверную ручку. Хорошо смазанный механизм даже не
  скрипнул, но Томми подумал, что если кукла наблюдает за дверью, то она
  сможет заметить любое движение. И тогда.., тогда она может броситься на него
  в тот самый момент, когда он откроет дверь!
   Когда он повернул ручку до упора, дом сотряс такой силы оглушительный
  удар, что оконные стекла жалобно задребезжали. Томми ахнул, выпустил
  латунный шар и, отпрыгнув от двери, принял стрелковую стойку. Широко
  расставив согнутые в коленях ноги и удерживая пистолет обеими руками, он
  направил оружие на дверь, готовый в любую секунду открыть огонь.
   Потом он сообразил, что громоподобный удар был именно таким просто
  потому, что это и был гром.
   Когда первый раскат грома затих где-то вдалеке, Томми бросил осторожный
  взгляд в дальний конец коридора, где плясали за окном отсветы желтоватых
  молний. В следующую секунду раздался новый удар.
   Почему-то он отчетливо представил себе черные, как смоль, тучи,
  набегающие с моря и скрывающие луну. Скоро пойдет дождь, подумал Томми.
   Смущенный