диванную пружину и повернуться к нему. Томми очень живо представил себе, как
  она глядит на него своими змеиными глазами и ухмыляется сквозь похожую на
  погребальные бинты мумии опаленную белую тряпку.
   В панике Томми чуть было не поддался соблазну открыть беспорядочный
  огонь. Целясь примерно в то место, где тварь была до того, как погас свет,
  он мог почти наверняка рассчитывать, что хоть одна из девяти оставшихся в
  магазине пуль попадет в цель. Томми почти не сомневался в этом, хотя он и не
  был детективом Нгуэном, которому сказочно везло в самых невероятных
  ситуациях. Ему достаточно было просто оглушить тварь, и тогда он без помех
  смог бы выскочить в коридор, захлопнуть за собой дверь и, спустившись по
  ступеням на первый этаж, выбежать из дома.
   Правда, Томми не имел ни малейшего представления, что он будет делать
  дальше, куда побежит и к кому обратится за помощью. Единственное, что он
  знал наверняка, это то, что если он хочет остаться в живых, то ему
  необходимо как можно скорее покинуть свой собственный дом.
   Но Томми не смел нажать на курок и истратить оставшиеся патроны. Это
  означало бы остаться совсем без защиты, каким бы малоэффективным ни был его
  "хеклер и кох" в темноте.
   Томми понимал, что если, стреляя вслепую, он все-таки не попадет в тварь,
  то ни за что не доберется до двери кабинета живым и невредимым. Чудовище
  настигнет его, вскарабкается по ноге с ловкостью и проворством