сь сеанс, рассеянно глядя на экран
  и думая о своем. Потом поужинал в "Эль торито". Не разбирая вкуса еды, он
  уплетал лепешки с мясом и рис, будто бросал уголь в топку. Часа два он без
  толку колесил то по центральным районам округа, то по южным окраинам. Только
  на ходу он чувствовал себя в безопасности. Наконец он вернулся в мотель.
   Мыслями он снова и снова обращался к воздвигнутой в памяти стене мрака,
  силясь обнаружить хоть малюсенькую щелочку. Кажется, найдись в этом мраке
  хоть какой-то просвет - стена рухнет. Но темнота была плотная, непроглядная.
   Фрэнк выключил свет. Однако ему не спалось.
   С чего бы это? Ветер Санта-Аны улегся, шум не мешает.
   Может, ему не дает покоя кровь на одеяле? Правда, крови натекло всего
  ничего, и к тому же она уже высохла, но все-таки кровь. Фрэнк зажег лампу,
  включил отопление, скинул одеяло и вновь попытался уснуть. Нет, не спится.
   В том-то и дело, внушал себе Фрэнк. Все его беды от того, что он не
  высыпается. Отсюда и потеря памяти, и чувство одиночества, заброшенности.
  Так-то оно так, и все же Фрэнк понимал, что лукавит: не хочет назвать
  главную причину своей бессонницы.
   А главная причина - страх. Куда он забредет во сне? Что станет там
  делать? Что окажется у него в руках после пробуждения?
  
  Глава 22
  
   Дерек спал. Мирно посапывал в соседней кровати. А Томасу не спалось. Он
  встал и подошел к окну. Луны не видно. Большая-большая темнота.
   Томас не любил ночь.