час навлечешь на себя
  подозрения полиции. Расправляться с местными допустимо лишь тогда, когда
  кто-нибудь из них встал на пути у семейства Поллард. Такой негодяй
  непременно подлежит истреблению.
   Но, если он не сумеет утолить жажду кровью животных, тут уж ничего не
  поделать: придется искать человеческой крови - где-нибудь подальше отсюда.
  Мать в небесах станет гневаться и досадовать на его несдержанность, однако
  Всевышний его не осудит. Это же Он сотворил Золта таким.
   Огни последнего дома остались позади. Золт остановился в кайупутовой
  роще. Бушевавшие днем ветры покинули эти места, пронеслись по каньонам и
  сгинули в океане. Воздух был недвижим. Длинные глянцевые листья, свисавшие с
  ветвей, не шевелились. Золт уже успел привыкнуть к темноте. Он видел, как
  серебрятся стволы деревьев в чахлом свете звезд. Вокруг застыли каскады
  отростков, спускающихся с веток. Прямо как беззвучный водопад или падение
  искусственных снежинок в стеклянном шарике. Золт мог разглядеть даже
  свернувшиеся стружкой неровные полоски коры на ветках и стволах; постоянно
  сбрасывая старую кожу, эти деревья являют собой удивительное зрелище.
   Дичи нет и в помине. Хоть бы какой-нибудь пугливый шорох в кустарнике.
   И все же Золт знал: вокруг, в глубоких норах, в укромных гнездах, в кучах
  сухих листьев, в щелях между камней, затаилось множество крохотных тварей, и
  в жилах у них струится теплая кровь. При мысли о них измученный