щеках играл крепкий
  румянец, словно он чуть не всю жизнь провел на арктическом ветру. Нос тоже
  красноват, но, как видно, не из-за пристрастия к спиртному, а скорее по
  причине переломов. Форма носа тоже весьма комичная: толстый, но не
  приплюснутый, как у завзятого драчуна.
   Сгорбившись, он сидел в обитом хромовой кожей кресле перед столом Джулии.
   - Я пришел к вам за помощью, - начал он мягким и приятным, почти
  мелодичным голосом. - Больше мне обратиться некуда.
   Чувствовалось, что этот человек с наружностью комика измучен отчаянием и
  усталостью. Посетитель то и дело проводил рукой по лицу, будто снимал
  невидимую паутину, а потом с изумлением разглядывал руку, словно удивлялся,
  что в ней ничего не оказалось.
   На руках у него тоже были заметны заживающие царапины. Одна-две слегка
  распухли и воспалились.
   - По правде говоря, - продолжал Поллард, - я сам себе удивляюсь.
  Обращаться к частным детективам - это прямо как в кино.
   - Я по себе чувствую, что мы не в кино. У меня изжога, - заметил Бобби.
  Он стоял у окна, за которым виднелись подернутый туманом океан и корпуса
  торгового центра (агентство "Дакота и Дакота" арендовало семь комнат на
  шестом этаже высотного здания в Ньюпорт-Бич). Он отвернулся от окна и,
  опершись о подоконник, достал из кармана куртки таблетки от желудка-- В кино
  детективы знать не знают, что такое изжога, перхоть или - страшно подумать -
  псориаз.
   - Мистер