С него сыпалось битое стекло, щепки, обрывки бумаги.
  Он тяжело дышал. Конечно, там, в отсеке, и воздуха-то, наверное, не
  осталось, только бензиновые пары.
   Вдали заревели сирены.
   Бобби и Джулия поспешили прочь от фургона. Не прошли они и нескольких
  шагов, как ударило оранжевое пламя и бензиновая лужа на асфальте заполыхала.
  Огонь охватил автофургон. Отойдя подальше от неистового пламени, супруги
  окинули взглядом изувеченные машины и посмотрели друг на друга.
   Вой сирен приближался.
   - У тебя кровь, - сказал Бобби.
   - Лоб немного поцарапала.
   - Немного?
   - Ерунда. Ты-то как? Бобби глубоко вздохнул:
   - Цел и невредим.
   - Не врешь?
   - Нет.
   - В тебя не попали?
   - Даже не задели. Повезло.
   - Бобби.
   - Что?
   - Если бы тебя убили, я бы не вынесла.
   - Не убили же. Я жив-здоров.
   - Ну и слава богу.
   И вдруг Джулия лягнула мужа в щиколотку.
   - Ой! Ты что?
   Джулия лягнула его в другую ногу.
   - Джулия! Обалдела?
   - Попробуй только еще раз вякнуть, чтобы я бежала и спасалась!
   - Что-что?
   - Мы с тобой работаем на равных, понял?
   - Но...
   - Я ничуть не глупее тебя, и реакция у меня не хуже...
   Бобби покосился на мертвеца посреди улицы, на "Форд", в кабине которого
  виднелся труп, и кивнул:
   - Что есть, то есть.
   - И силы не меньше...
   - Знаю, знаю. Только не лягайся. Джулия перешла к делу:
   - Как нам быть с Расмуссеном?
   Бобби поднял глаза на корпус "Декодайна".
   -