сказал вам, что не
  приду больше по трем причинам.
   - Да.
   - Да, - подтвердил Чейз. - Третья причина - самая главная, доктор Ковел.
  Вы эгоист, сукин сын и исключительно мелочный тип. Я не могу находиться с
  вами рядом и считаю вас до отвращения незрелым.
   Он повесил трубку и счел, что день начался для него как нельзя лучше.
   Позднее он уже не был так уверен в этом. Да, он сказал Ковелу именно то,
  что думал о нем, и действительно находил его гнусным типом. Но разрыв с
  психиатром каким-то необъяснимым образом означал для него еще более
  определенный отказ от прежней жизни, чем все предпринятые им действия.
  Прежде он пообещал себе, что, когда личность Судьи будет установлена и
  полиция получит исчерпывающее доказательство того, что он, Чейз, смог
  справиться с убийцей, он вернется к своему уединенному существованию на
  третьем этаже дома миссис Филдинг. Теперь, решив отказаться от наблюдения
  психиатра, он признавал, что уже не тот человек, которым был, и что бремя
  его вины стало намного легче. Это слегка обескуражило его.
   В довершение утренних неприятностей, побрившись, умывшись и размявшись
  гимнастикой, Чейз сообразил, что его расследование зашло в тупик. Похоже, он
  побывал во всех местах, которые посетил Судья, но так ничего и не добился,
  только получил точное описание этого человека, от которого нет никакого
  проку, пока его не удастся привязать к определенному