на психиатра.
  Чейз недоумевал, случайность это или умышленно выбранный имидж. Этот
  маленького роста, но довольно спортивного вида человек всегда выглядел
  растрепанным скорее по небрежности, нежели от желания выдержать стиль,
  казался небритым и носил измятый синий костюм со слишком длинными брюками.
  Его можно было принять за учителя (скажем, английского языка), за продавца в
  магазине (скорее, в провинциальной дешевой лавке) или за священника
  какой-нибудь эзотерической фундаменталистской христианской секты. Да за кого
  угодно, только не за врача. И уж тем более не за врача-психиатра.
   - Садитесь, Бен, - пригласил Ковел. - Хотите выпить?
   - Нет, спасибо, - ответил Чейз.
   В комнате не было кушетки, на которую, согласно известной сцене из
  психоаналитического мифа, нужно было ложиться, и он уселся в свое любимое
  кресло.
   Ковел расположился в другом кресле, справа от Чейза, откинулся на спинку,
  задрал ноги на журнальный столик и пригласил Чейза последовать его примеру.
  Когда оба удобно устроились, он сказал:
   - Значит, без предварительной части?
   - Сегодня да, - ответил Чейз.
   - Ты напряжен, Бен.
   - Да. - Чейз пытался сообразить, с чего начать, как лучше изложить свою
  историю.
   - Расскажешь?
   Сейчас Чейз ясно вспомнил первый звонок Судьи, но никак не мог себя
  заставить поведать обо всем Ковелу. Даже этот визит к врачу был признанием
  того, что земля уплывает