е, как
  будто за скорость набавлялись очки.
   - Ненависть, - сказал он.
   - Армия.
   - Ненависть.
   - Вьетнам.
   - Ненависть! - Ковел повысил голос, почти закричал.
   - Оружие.
   - Ненависть!
   - Захария, - выпалил Чейз, хотя не раз клялся не произносить этого имени,
  не вспоминать человека, носившего его, или событий, с которыми этот человек
  был связан.
   - Ненависть, - произнес Ковел, на этот раз тише.
   - Другое слово, пожалуйста.
   - Ненависть! - настаивал врач.
   Лейтенант Захария, лейтенант Захария, лейтенант Захария!
   Доктор внезапно прекратил игру, хотя она на этот раз складывалась не так
  сложно, как обычно, и сказал:
   - Вы помните, что именно этот лейтенант Захария приказал вам сделать,
  Бенжамин?
   - Да, сэр.
   - Что был за приказ?
   - Мы отрезали два выхода в системе туннелей Конга, и лейтенант Захария
  приказал мне расчистить один из них.
   - Как вы выполнили приказ?
   - Бросил гранату, сэр. Потом, прежде, чем дым перед туннелем рассеялся, я
  пошел вперед, стреляя из автомата.
   - А потом, Бенжамин?
   - Потом мы спустились, сэр.
   - Мы?
   - Лейтенант Захария, сержант Кумз, рядовые Хэзли и Уэйд и еще кто-то, не
  помню.
   - И вы.
   - Да, и я.
   - И что?
   - В туннелях мы нашли четверых мертвых мужчин и еще останки людей у входа
  в комплекс. Лейтенант Захария приказал продвигаться осторожно. Через сто
  пятьдесят ярдов мы наткнулись на бамбуковую решетку, за которой