К семи часам он изрядно набрался. Тело обмякло, движения стали
  заторможенными. Он откинулся на спинку кровати и наконец признал:
   Ковел прав. Никакого Судьи нет. Судья - это иллюзия, психологическая
  уловка, чтобы свыкнуться с медленным исчезновением комплекса вины. Он
  попытался обдумать происходящее, понять, что все это значит, хорошо для него
  или плохо.
   В ванной Чейз пустил теплую воду, то и дело пробуя температуру рукой.
  Затем покрыл фарфоровый край ванны сложенным влажным полотенцем и поставил
  на него стакан, разделся, залез в ванну и сел, ожидая, пока вода дойдет до
  половины его груди. Приятное ощущение успокаивало. Благодаря виски, теплой
  воде и пару, клубящемуся вокруг, он чувствовал себя так, словно плывет в
  воздухе, поднимаясь в потоке мягких облаков. Он откинулся назад, коснувшись
  головой стены, закрыл глаза и попытался не думать ни о чем - в особенности о
  Судье, о медали за доблесть и о девяти месяцах, которые он провел на
  действительной службе во Вьетнаме.
   К несчастью, его мысли обратились к Луизе Элленби, девушке, которой он
  спас жизнь, и перед глазами у него возникло видение ее маленьких, дрожащих,
  голых грудей, выглядевших столь соблазнительно в тускло освещенном
  автомобиле на аллее влюбленных. Хотя сама по себе эта мысль была довольно
  приятной, но она раздосадовала его, потому что из-за нее он почувствовал
  половое влечение - в первый раз