с, - все станет известно на суде.
   - Но не раньше?
   - Думаю, что нет.
   - Я буду благодарен. Однако, так или иначе, мне придется появиться на
  суде, да?
   - Вероятно, да.
   - Во всяком случае, если пресса ничего не узнает раньше времени, шумих
  хотя бы будет вдвое меньше.
   - Вы действительно скромный человек, верно? - сказал Уоллес.
   Прежде чем Чейз успел ответить, детектив улыбнулся, хлопнул его по плечу
  и ушел.
   - Хотите выпить? - спросил Чейз Таппингера.
   - На службе не пью.
   - А бы не возражаете, если я...
   - Нет. Валяйте.
   Чейз заметил, что Таппингер с интересом наблюдает, как он достает кубики
  льда и наливает себе большую порцию виски. Однако не такую большую, как
  обычно. Он решил при полицейском несколько умерить свою жажду.
   Когда Чейз уселся на кровать, Таппингер сказал:
   - Я читал о ваших подвигах там.
   - Да?
   - Это настоящий героизм.
   - Ничего подобного.
   - Я говорю правду, - настаивал Таппингер. Он сидел в кресле, которое
  пододвинул поближе к своим приборам. - Думаю, мало кто может понять, как
  тяжело вам пришлось там.
   Чейз кивнул.
   - Я полагаю, что медали не так уж важны для вас. То есть на фоне того,
  что вы пережили, чтобы получить их, они как бы теряют вес.
   Чейз поднял взгляд от стакана, удивляясь его проницательности.
   - Вы правы, - согласился он. - Они вообще ничего для меня не значат.
  Таппингер продолжал:
   - Как, должно быть,