гие, оттого, что отделался несколькими ссадинами, когда мог бы лишиться
  жизни. Его трясло от ярости, хотелось расколотить что-нибудь, врезать
  кому-нибудь как следует или в крайнем случае хотя бы завопить во весь голос
  от досады. Однако прошло несколько минут, и он задышал ровнее, острая боль
  во всем теле притупилась. Под влиянием здравого смысла поумерился его боевой
  запал. Он ничего не выиграет, если ринется очертя голову неизвестно куда,
  желая побыстрее отомстить. Не двигайся с места - подсказывал разум.
  Успокойся. Подумай как следует.
   На аллее влюбленных уже появилось несколько машин; они жались к
  изгородям, возле которых сгустились сумерки. Еще даже не появились звезды, и
  кромка заката алела на небе, но влюбленные были тут как тут. Чейз поразился
  их бесшабашной смелости - возвращаться на место убийства, когда сумасшедший,
  который зарезал Майкла Карнса, еще на свободе. Интересно, запрут ли они
  сегодня дверцы машин.
   Поскольку здесь, вполне возможно, дежурят полицейские патрули, на тот
  случай, если убийца вновь попытается на кого-нибудь напасть, им наверняка
  покажется подозрительным человек, одиноко сидящий в машине. Чейз завел
  мотор, развернулся и направился в город.
   Дорогой он пытался вновь и вновь вспомнить все, что видел, дабы не
  упустить ни одной мельчайшей подробности, способной стать ключом к разгадке
  личности Судьи. Итак, у Судьи есть пистолет