окие карманы своего плаща.
  
  Ребекка Чандлер, которая вела машину, вышла за ним, громко захлопнув
  дверцу. Ветер тут же подхватил ее длинные светлые волосы, распахнул пальто,
  обвив его полами ноги Ребекки. Похоже, ее не трогали ни холодный ветер, ни
  всеобщая серость, окутавшая огромный Нью-Йорк.
  
  "Вот это женщина! А какой профиль!" - подумал Джек Доусон.
  
  У Ребекки было породистое классическое лицо, какое моряки в давние времена
  вырезали на носу кораблей. Тогда верили, что красота отгоняет злые морские
  силы и отвращает козни судьбы.
  
  Он неохотно перевел взгляд с Ребекки на три патрульные машины,
  припаркованные под углом к тротуару. На одной из машин горел красный
  проблесковый маячок, единственное яркое пятно в этом сером дне.
  
  Офицер Гарри Албек, знакомый Джека Доусона, стоял на ступеньках перед
  приятным кирпичным домом, где и произошли последние убийства. Несмотря на
  форменный темно-синий плащ, шерстяной шарф и перчатки,