Они прошли через неосвещенную прихожую в затененную гостиную, где,
  казалось, задержались ночные тени.
   Тахта скрывалась во мраке.
   Новомодное полосатое кресло было похоже на спящую зебру.
   Они нашли ее в спальне, сидящей под аурой. Ее глаза были двумя серыми
  недвижными кругами, вырезанными из штормового неба и приклеенными на
  поблекшее лицо.
   - О Боже мой! - воскликнул мужчина, схватив ее руки и тут же с
  отвращением выпустив их.
   - Как долго? - спросил один пожарник.
   - Я уезжал из города по делам Шоу на восемь дней. И только прошлой ночью
  я заметил, что она отвечает на мои вопросы по телефону как-то очень кратко и
  невыразительно...
   - Значит, это был автоответчик, - заключил пожарник.
   Они выключили ауру. Ее глаза по-прежнему не двигались. Однако губы
  дрожали. Серые, пустые глаза... Они положили ее на носилки, прикрыли одеялом
  и вынесли наружу, сквозь толпу и снег, к ожидающей их машине "Скорой
  помощи". Он шел сбоку. Она выглядела шестидесятилетней; а ведь ей было
  тридцать. Латентный Эмпатист, Эмпатист! Если в Шоу узнают, что его жена -
  Эмпатист, его уволят, хотя именно Шоу сделало ее тем, чем она стала.
  Пожалуй, лучше было бы, если бы она умерла.
   Она была Эмпатистом. Она оказалась настолько вовлеченной во
  всеохватывающее слияние с Шоу, что потеряла последние точки соприкосновения
  с реальностью, стала - почти - Исполнителем. Растением. Зомби.
   Взвыла