ее юная девочка. Очевидно, вещала газета,
  замена необходима из-за серьезной разницы в возрасте между Лизой и новым
  актером.
   Он выключил газету, слегка поежившись. Он мог себе представить, что
  сделал бы Кокли, если бы поймал его. И он страшно боялся того, что Кокли
  может сделать с Лизой, если заподозрит, что она знала о побеге Майка.
   Тревога за Лизу стала его второй натурой. Он тревожился за нее с детских
  лет, тревожился в юности, тревожился в годы работы в Шоу. Теперь он понял,
  что всегда любил ее. Он прослушал следующую статью в газете, его тревога
  только усилилась. А. Лайми, один из главных должностных лиц Шоу, был
  погребен минувшим вечером после краткой траурной церемонии...
   - Что нам надо сделать, - сказал Мак-Гиви, - так это изменить несколько
  химических составляющих вашей крови, провести изменения в генах и в костном
  мозге, чтобы в вашем организме вырабатывалась кровь несколько иного состава,
  и для уверенности, что этот новый состав будет неизменным.
   Майк примирился со всеми этими вещами. Хотя механизмы внушали ему страх,
  а слова доктора нервировали, он принял как должное необходимость подчиняться
  всему, что ему говорят. Его мысли сейчас были заняты другими вопросами.
   - Почему Флексен поднял шум вокруг моего побега?
   - Он борется против Шоу так долго, что не может не торжествовать по
  поводу успеха.
   - Но разве не Кокли - владелец аудиогазет? Я думал, Шоу держит в кулаке
  всю страну.