ек.
   Джоргова улыбнулся:
   - А вы мясник.
   - Все сделают механизмы, - сказал Мак-Гиви. - Здесь не будет места
  ошибкам, которые мог бы сделать человек. Вам не придется расстраиваться по
  поводу приплюснутого носа или слишком тонких губ.
   - Тогда, быть может, перейдем к делу?
   - Конечно.
   И Мак-Гиви с головой погрузился в работу. Он схватил микрофон
  программирующего устройства и стал диктовать разнообразные инструкции. Майк
  подумал, что доктору было бы проще проделать всю операцию самому. Но машины
  не чихают, работая над линией подбородка...
   - Ложитесь сюда, - сказал Мак-Гиви, указывая на койку, которая, очевидно,
  втягивалась в нишу в стене. Оттуда начиналось темное царство хирургических
  лезвий. - Разденьтесь.
   - Раздеться для операции над лицом?
   - Надо простерилизовать все. Кожу легче стерилизовать, чем одежду.
   Следуя инструкции, Майк лег на койку. Ножек у койки не было.
   - Ступни сомкнуты и находятся под прямым углом к телу, - сказал Мак-Гиви.
   Майк напряг ступни, и в пятки вонзились иглы. На миг перед глазами ярко
  вспыхнули все цвета радуги, звуки стали одним тонким писком, запахи
  антисептиков приобрели невыносимую остроту.
   А потом была тьма...
   А потом был свет...
   Он поднял руку, чтобы защитить глаза от яркого блеска, и пальцы его
  наткнулись на желеобразную повязку, покрывающую лицо. Память возвращалась к
  нему, шаг за шагом. Его лицо было изменено. Сперва его кровь, потом