от контраст не давал Майку
  окончательно провалиться в эмоциональную трясину, с самого утра
  образовавшуюся на задворках его сознания. Это было болото сомнений. Вот и
  опять он не знает, куда, зачем или хотя бы с какой целью его везут.
  "Дополнительное обучение" - слишком расплывчатая фраза. Он чувствовал, что
  над ним снова смыкается серая пелена отчужденности. В дальних уголках его
  сознания горело пламя, светившее сквозь тучи, и имя этому пламени было -
  Лиза. Может быть, только это и не давало ему свернуть с пути. Но он не мог
  быть полностью уверен даже в этом. Для него это пламя было символом любви, и
  все же Майк не мог быть уверен, что любит ее. Он никогда не знал другой
  женщины. Его готовили к тому, чтобы он любил Лизу. И именно это вселяло в
  него неуверенность. Он хотел уничтожить Шоу. Он ненавидел Кокли и все, что
  олицетворял собою этот человек. Но он боялся, что однажды увидит Лизу и
  поймет, что пламя любви было поддельным, искусственным. Его единственная
  цель может оказаться ничем, пустышкой. Это опасение погружало душу Майка в
  черный омут страха.
   Сугробы, похожие на гусиный пух, громоздились от горизонта до горизонта.
   Майк отогнал мрачные мысли и попробовал сосредоточиться на загадках,
  которые пока не смог разгадать. Он по-прежнему не знал местонахождение
  жилища Мак-Гиви. Его дом, несомненно, находился под водой, потому что, когда
  они покидали его, Майк чувствовал давление,