о том, что не знает, какую выгоду Флексен или любой другой
  получит от Революции. Или ими двигала обыкновенная жажда крови, такая же,
  какую испытывал Кокли, желающий разорвать своих противников на мелкие
  кусочки? Майк мысленно сделал пометку: "Спросить об этом у Нимрона на первом
  же теоретическом занятии". Он должен знать ответ.
   - Здесь спортивный зал, - сказал Пьер, когда желтая дверь поднялась перед
  ними, уходя в каменный потолок. За дверью была комната тридцать футов на
  тридцать, уставленная тренажерами и устланная матами. - Бассейн вон за теми
  дверями.
   - Слишком уж роскошное бомбоубежище, - не подумав, брякнул Майк.
   - Для Президента - не слишком, - скрипучим голосом ответил Пьер. Пока что
  Майк знал о Нимроне, Флексене и компании очень немного, но одно он усвоил
  четко - они уважали прошлое. Славное прошлое президентства миновало, но
  здесь оно сохранялось и почиталось.
   - Ну конечно, - согласился он.
  
  ***
  
   - Сюда, - сказал Пьер, выходя на середину устланного матами пространства.
  Этот человек весь состоял из мускулов. Его руки напряглись и покрылись
  буграми мышц, когда он взмахнул ими. Одновременно Пьер подпрыгнул. Его спина
  напряглась, как у дикого кота, преследующего добычу. - Что вы знаете о
  самозащите?
   - Боюсь, что очень мало. В Шоу у меня всегда были телохранители.
   - Естественно. Но здесь их нет. Вы должны учиться быстро. Графики
  Революции постоянно пересматриваются и уточняются.