Она увидела меня на пороге, открыла было рот и не
  сразу его закрыла. Потом судорожно вздохнула.
   - Если помешал тебе читать, то я приду позже, - сказал я, указывая на
  агитку в ее руках. Мелинда отбросила ее в сторону.
   - Поразительная ерунда, но увлекает, ей-богу, - сказала она. - Парень,
  который ее написал, или величайший мошенник, или много о себе воображает - в
  последнем случае он, несомненно, полный кретин.
   - Вы не рады мне? Не поцелуете героя, оказавшегося среди вас?
   - Но я здесь в единственном числе. Хотя в этот мешок, который они
  называют одеждой, поместилось бы несколько таких, как я. - Она одернула
  униформу. - К тому же в нем "жучков" полно... Ты здесь. Признаться, я не
  ожидала... И как мы теперь выберемся отсюда? Особенно я, в этой напичканной
  "жучками"...
   Я вытащил из-под пальто джинсы, свитер и ветровку, которые нашел в ее
  квартире, и спросил:
   - Как насчет стриптиза?
   Мелинда усмехнулась, стащила с себя униформу, даже не попросив меня
  отвернуться, - да я бы и не отвернулся, - и быстро переоделась.
   Я чувствовал себя героем от макушки до пяток, но рассудок во всю мочь
  вопил: "Дурак!"
   Выходя из камеры, она приподнялась на цыпочки и поцеловала меня, потом
  стремительно отвернулась и пошла было вперед, но не успела сделать и двух
  шагов, как я поймал ее за плечи и развернул лицом к себе. В ее глазах стояли
  слезы. Этого я и ожидал.
   - Эй, - сказал я с обычной мужской тупостью,