ание, ведущее обработку данных, задымилось. Катушки магнитофонов
  еще крутились, схемы еще работали, искали в электронной памяти ответы,
  которых не было.
   Ответ был только один, и этот ответ был Бог, и Бог был - я...
   Я разбил внешние стеклянные стенки всех утроб.
   Пол засыпали обломки и бескровная плоть.
   Я разрушил все утробы изнутри и размолол в пыль.
   Должно быть, это выглядело странно: невидимые руки хватали и разбивали
  все, что попадалось, непонятно почему происходили взрывы, что-то падало и
  разбивалось, валил дым... Словно сама Природа взбунтовалась против этого
  святотатственного проекта.
   Так, в сущности, и было.
   Мать мертва.
   А отца у меня никогда не было.
   Покинув место, где остывал прах воспоминаний, где валялись куски пластика
  и перепутанных проводов, я вернулся в палату, в свое обмякшее в кресле тело.
  Морсфаген и прочие оставались замершими в бессмысленном молчаливом ожидании.
   За несколько секунд я принял все необходимые решения. Я знал, что буду
  делать дальше, решил все со скоростью и тщательностью суперкомпьютера, мои
  мыслительные процессы протекали все быстрее и быстрее. И я знал, что мои
  планы безупречны.
   Бог не заражен сомнениями.
   Я снова отлучил душу от тела и потянулся за пределы здания ИС-комплекса -
  через бескрайние пространства к разумам других людей, в которых я хотел
  построить новый мир. Я обнаружил и заправил хунты одного за другим и изменил
  их мышление, копая глубоко,