его, как первобытный человек, который думает, что фотограф заключает
  его душу в снимок. Но с вами все иначе. Меня очаровала ваша работа.
   Я предложил отвести ее куда-нибудь пообедать, услышав в ответ, что в этом
  нет необходимости. Я настаивал, но, по ее мнению, в ресторанах было слишком
  шумно, чтобы говорить о делах. Пока мы строили планы, я поведал о моем
  поваре. Так что обедать мы условились у меня.
   Мы поговорили еще немного, и в заключение я сказал:
   - Прекрасно. Так я жду вас завтра к обеду в семь вечера.
   Я вышел во дворик и допил свой скотч - в горле у меня пересохло, тело
  сотрясала дрожь.
   Глупо. С чего бы мне бояться свидания с женщиной? Я часто встречался с
  известными и образованными дамами, женами чиновников или теми, которые сами
  занимали значительную должность. Да, сказал я себе, встречался, но те были
  другие - не так молоды и красивы. Вот где таились истоки моего страха.
   В два часа ночи, так и не сумев заснуть, я выполз из постели и побрел по
  череде темных комнат. Мой дом - прекрасное местечко, с театром, комнатами
  для игр, тиром и прочей роскошью. Но я не находил утешения, обозревая свои
  владения. Потом вошел в рабочий кабинет, закрыл дверь и, не включая света,
  огляделся. Машина стояла в углу - тихая, уродливая. Вот то, в чем я нуждаюсь
  в первую очередь, хотя и не сразу, через несколько минут, но все-таки
  удалось осознать мне.
   Подголовник, утыканный электродами и поводами, выглядел зловеще.