сражаться
  с Ребенком. Впервые в жизни я был с женщиной, и она оказалась богиней. Я не
  почувствовал, что меня используют, совращают или надо мной насмехаются,
  пребывая на верху блаженства. Наконец я очнулся от раздумий, сел в машину,
  захлопнул дверцу. И сидел минут пять, прежде чем поехал.
   На моем теле еще горели ее прикосновения. На губах пылали поцелуи. Всю
  дорогу до ИС...
   Я влюбился. Я даже не пытался считать ее мысли - ни разу с нашей первой
  встречи, а это было не в моих правилах. Мне захотелось наделить ее той же
  привилегией, что и Харри, прежде чем она сделала для меня хотя бы половину
  того, что сделал он, прежде чем я понял - принимает ли она меня или унижает.
  Думаю, поначалу я испугался мысли, что она любит меня, а потом - что может
  не любить.
   Как глуп я был в тот вечер несколько недель назад, когда она впервые
  увидела меня и проявила ко мне интерес - обольстительно улыбалась, как
  делают все женщины. Я удрал. Не стал дожидаться, пока меня попросят показать
  пару трюков, и укрылся в своем доме, воображая, будто интересуюсь ею. Дурак.
  Я был тогда старше, но младше, чем сейчас.
   Кучка "крикунов за мир" непонятно зачем собралась перед зданием
  полицейского участка. Они разбили окна камнями. Фаланга копов выдвинулась
  из-за ограды, как раз когда я проезжал мимо.
   Половина демонстрантов устремилась по аллее направо, другая половина - по
  улице. Они что-то распевали, хотя я не мог понять, что именно.