то было ему
  дорого в жизни, от разрушительного воздействия его собственных мыслей,
  сменявших одна другую со скоростью света. Обычные, стереотипные оценки
  мало значили для него, не они определяли его восприятие
  действительности.
   Грэхем считал свой образ мышления гротесковым, но отнюдь не
  бесполезным, сравнивая его со стулом, сделанным из оленьих рогов. Но как
  бы там ни было, он все равно не смог бы изменить себя.
   Грэхем погасил свет в комнатах и вышел из дома тем же путем, каким
  проник сюда - через кухню. Он посветил фонариком в дальний конец веранды
  и выхватил из темноты велосипедную раму и плетеную собачью подстилку
  возле ступенек. Во дворе он заметил конуру, на крыльце стояла миска.
   Интересно... А ведь все говорит о том, что ночное нападение оказалось
  для Лидсов полной неожиданностью.
   Прижав подбородком фонарик к груди, он нацарапал записку для
  Крофорда; "Джек, а где была собака?" Грэхем ехал обратно в гостиницу. В
  половине пятого утра вряд ли могла возникнуть сложная
  дорожно-транспортная ситуация, но Грэхем вел машину с осторожностью.
  Мысли его были далеко. Головная боль не утихала. Он посматривал по
  сторонам, надеясь заметить дежурную аптеку.
   Аптеку он нашел на Пичтри-роуд. Владелец заведения продал Грэхему
  упаковку буфферина.