о финн находился на верху блаженства.
   В десять часов он отправился в путь. Он не торопился. Времени было
  много - в Париже его ждали только днем.
   В час дня Жуани снова вышел на улицу. Встреча прошла прекрасно.
  Патрон отблагодарил его на словах и не забыл про гонорар. Все карманы
  были набиты пачками новеньких хрустящих банкнотов с портретом
  Вашингтона. Некоторые службы не выписывали чеков, что создавало
  определенные неудобства.
   Банки еще не открылись, и Жуани вынужден был держать свои богатства
  пока при себе. Ему пришлось вернуться в дешевый отель на левом берегу,
  где он всегда останавливался, поскольку был скуп и недоверчив.
   Служащий в красно-черном жилете заученно приветствовал постояльца.
  Лифт со страшным скрежетом и лязганьем довез Жуани до четвертого этажа.
  Он вошел в свою комнату, закрыл дверь и только тогда вздохнул с
  облегчением. Еще одно небольшое усилие, и дело будет завершено. Перед
  тем, как вернуться в свой офис на улице Халик эль Мазри в Каире, он
  съездит куда-нибудь отдохнуть. Зимний курорт пробудил в нем желание
  отправиться на несколько деньков в Хельсинки. Даже негодяи страдают от
  ностальгии.
   Горничная оставила окно приоткрытым. Нельзя сказать, что было
  холодно, просто Жуани счел это проветривание несвоевременным. Поэтому,
  прежде чем начать выгружать содержимое карманов, он решил закрыть окно.
  По пути к нему