десять. Затем
  забежал в боковую дверь отеля Карлтон и вынырнул в парадную,
  что не добавило ему популярности в глазах персонала, потому что
  отель Карлтон вовсе не тоскует по старым оборванцам в свитерах,
  использующим его фойе, чтобы сократить себе дорогу. Войдя в еще
  один индонезийский ресторан на поперечной улице, он тут же
  появился оттуда с унылым видом человека, которого выкинули за
  дверь. Наконец, отчаявшись, он забрался в телефонную будку, а
  когда вышел из нее, выглядел окончательно присмиревшим. И занял
  пост на трамвайной остановке на Мунтплейн. Я присоединился к
  очереди. Первым подошел трехвагонный трамвай номер шестнадцать
  с табличкой конечной остановки Центральный стадион. Серый
  человек сел в первый вагон. Я-во второй и сразу прошел вперед,
  откуда мог держать его в поле зрения, одновременно устроившить
  так, чтобы быть как можно незаметнее, если бы он вдруг
  заинтересовался попутчиками. Однако беспокойство было
  напрасным: отсутствие интереса к другим пассажирам было у него
  абсолютным. Судя по переменам в его лице, каждая из которых
  выражала новую степень подавленности, а также по тому, что он
  то сплетал, то расплетал пальцы, передо мной явно был человек,
  занятый другими, более важными проблемами, и, не в последнюю
  очередь - той, сколько сочувствия и понимания может он ожидать
  от своих хозяев.
   Человек в сером вышел