не представляется самым мудрым или научным
  методом ведения следствия, - промолвила Белинда с сомнением. Ее
  раскаяние быстро рассеивалось.
   - Джимми Дуклос был умен. Самый умный, кто у нас был. И
  действовал по науке. Сейчас он в городском морге. Белинда
  поглядела на меня удивленно:
   - И вы тоже хотите положить голову на топор?
   - Под топор, моя дорогая, - поправила ее Мэгги
  рассудительно. - И не говори своему новому шефу, что он должен
  делать, а чего нет. Однако сердца в эти слова она не вложила -
  в глазах стояла тревога.
   - Это самоубийство,-упиралась Белинда.
   - Да? Переход на другую сторону улицы в Амстердаме тоже
  самоубийство, во всяком случае, выглядит очень похоже. А делают
  это в день десятки тысяч людей. Я не сказал им, что имею
  основания полагать, что моя безвременная гибель не первая в
  списке у этих мерзавцев, - не потому что хотел усилить свой
  героический образ, просто это привело бы лишь к дальнейшим
  объяснениям, а пускаться в них уже не было никакой охоты.
   - Вы не привезли бы нас сюда без необходимости, - сказала
  Мэгги.
   - Так оно и есть. Но пока что за мной ходят по пятам. Вы
  не показывайтесь. Сегодня вы свободны. Завтра тоже, я только
  хочу, чобы Белинда выбралась со мной вечерком на прогулку. А
  потом, если обе будете хорошо себя вести, возьму вас с собой в
  неприличный ночной ресторан.