- Приехать из Парижа, чтобы отправиться в неприличный
  ночной кабак? - Белинда снова развеселилась. - Зачем?
   - Я скажу вам. Скажу вам такие вещи о ночных ресторанах,
  каких вы не знаете. Скажу, зачем мы здесь. В сущности, -
  добавил я откровенно, - скажу вам все. - Под "всем" я
  подразумевал то, что, по-моему, им следовало знать, а вовсе не
  все, что можно было бы рассказать; разница тут довольно
  существенная. Белинда смотрела на меня с надеждой, а Мэгги с
  чуть усталым, ласковым скепсисом. Но Мэгги меня знала.
   - Прежде всего дайте мне виски.
   - У нас нет виски, майор, - в Мэгги иногда проглядывало
  что-то очень пуританское.
   - Ты не имеешь понятия даже об основных принципах
  разведки. Придется почитать соответствующие книжки, - я кивнул
  Белинде. - Телефон. Закажи. Ведь даже правящие классы иногда
  нуждаются в разрядке.
   Белинда встала, пригладила свое темное платье, глянула на
  меня с каким-то странным холодком и сказала медленно:
   - Когда вы говорили о своем друге в морге, я
  приглядывалась, и по вас ничего не было заметно. Он по-прежнему
  там, а вы сейчас - как это говорится? - беззаботны. Вы
  говорите, разрядиться. Как вам это удается?
   - Практика. Да, и сифон содовой...
  
  ГЛАВА ТРЕТЬЯ
   Это был вечер классической музыки перед отелем
  "Рембрандт". Пятая Бетховена лилась