ужно поправиться, - сказал Джонни. - Ты все объ-
  яснишь потом, когда я начну ходить. Хорошо?
   Вера не ответила. На ее лице появилось до смешного упрямое выражение
  - хотя ничего смешного вокруг не было. Совсем ничего. ВСЕГО ЛИШЬ ИГРА
  СУДЬБЫ. ЕСЛИ БЫ ОН ПРОЕХАЛ ПЯТЬЮ МИНУТАМИ РАНЬШЕ ИЛИ ПОЗЖЕ ПО ТОЙ ДОРО-
  ГЕ, ВСЕ МОГЛО БЫТЬ ПО-ДРУГОМУ. А ТЕПЕРЬ ПОСМОТРИТЕ - ВСЕХ НАС ТРЯХНУЛО
  ПО ПЕРВОЕ ЧИСЛО. И ОНА СЧИТАЕТ, ЧТО ЭТО БОЖЬЯ ВОЛЯ. А ИНАЧЕ, НАВЕРНОЕ,
  МОЖНО СВИХНУТЬСЯ.
   Чтобы прервать неловкое молчание, Джонни спросил:
   - Что, Никсона переизбрали, отец? Кто выступал против него?
   - Никсона переизбрали, - сказал Герберт. - Его соперником был Макго-
  верн.
   - Кто?
   - Макговерн. Джордж Макговерн, сенатор из Южной Дакоты.
   - Не Маски?
   - Нет. Но Никсон больше не президент. Он ушел в отставку.
   - Что?
   - Он был лжец, - мрачно изрекла Вера. - Его обуяла гордыня, и господь
  отступился от него.
   - Никсон ушел в отставку? - Джонни был потрясен. - Никсон?
   - Ему нужно было уйти, иначе б его убрали, - сказал Герберт. - Дело
  дошло до импичмента.
   Неожиданно Джонни понял, что в американской политической жизни прои-
  зошли большие и серьезные перемены - почти наверняка итог вьетнамской
  войны - и он о них ничего не знает. Впервые он по-настоящему почувство-
  вал себя Рипом ван Винклем. Насколько все изменилось? Ему было даже бо-
  язно спрашивать. Затем в голову пришла поистине леденящая душу мысль.
   - Агню...