лице появилось то выражение отрешенной озабоченности, которое
  Сэм связывал с его трансами. Сестра ахнула.
   - Сестра, вы можете вернуться к себе, - сказал Сэм. Она попятилась к
  двери, постояла там какое-то мгновение и скрылась. Неохотно.
   - Джонни. - Сэм поднялся, подошел к нему, положил руку на плечо. - Вы
  тут ни при чем. Джонни стряхнул его руку.
   - Еще как при чем, - сказал он. - Она смотрела на меня, когда это
  случилось. - Он начал застегивать рубашку.
   - Вы просили ее принимать лекарства, а она прекратила. Джонни посмот-
  рел было на Вейзака, но затем продолжал застегивать рубашку.
   - Если бы не сегодня, это произошло бы завтра, через неделю, через
  месяц...
   - А то и через годы. Или через десять лет.
   - Нет. Ни через десять лет, ни даже через год. И вы это знаете. Поче-
  му вы так спешите взвалить вину на себя? Из-за того фанфарона-репортера?
  А может быть, это извращенное чувство жалости к самому себе? Стремление
  увериться в том, что на вас лежит проклятие? Лицо Джонни передернулось.
   - Она смотрела н а м е н я, когда это случилось. Разве вы не
  понимаете? Вы что, такой безмозглый?
   - Она собиралась в трудный путь, до Калифорнии и обратно, вы сами мне
  говорили. На какой-то симпозиум. Что-то очень волнующее, судя по вашему
  рассказу. Так? Так. Почти наверняка это случилось бы там. Ведь инсульт
  не сваливается с ясного неба, Джонни.
   Джонни застегнул джинсы и устало присел на кровать. Он был