о?
   - Да, она в конце коридора, тридцать пятая палата. Врачи знают, что
  ты можешь прийти, и она тоже. И вот еще что, Джонни. Что бы она ни гово-
  рила, соглашайся, не дай ей... умереть с мыслью, что все было напрасно.
   - Конечно. - Он помолчал. - Ты со мной?
   - Не сейчас. Попозже.
   Джонни кивнул и пошел по коридору. Свет на ночь был притушен. Сейчас
  то короткое мгновение в мягкой теплой ночи казалось ему невообразимо да-
  леким, зато кошмарный сон в машине, наоборот, приблизился.
   Палата 35. Вера Элен Смит - сообщала маленькая карточка на двери.
  Знал ли он, что ее второе имя - Элен? Должен был бы, но знал ли? Он уже
  не мог вспомнить. Зато в памяти всплывало другое: как однажды в солнеч-
  ный день на пляже Оулд Орчард она, улыбающаяся и веселая, принесла ему
  брикет мороженого, завернутый в носовой платок. Вспомнилось также, как
  они с матерью и отцом играли в карты на спички - позже, обуреваемая ре-
  лигиозными чувствами, она запретила карты в доме, даже криббидж. Джонни
  вспомнил и день, когда его ужалила пчела, и он, истошно вопя, прибежал к
  ней, а она поцеловала распухшее место, вытащила жало пинцетом и наложила
  на ранку тряпочку, смоченную в питьевой соде.
   Он толкнул дверь и вошел. Мать бесформенной грудой лежала на кровати,
  и Джонни подумал: ВОТ ТАК И Я ЛЕЖАЛ. Сестра считала пульс; услышав скрип
  двери, она повернулась, и тусклый коридорный свет скользнул по стеклам
  ее очков.
   - Вы - сын миссис Смит?