ребегала вода. Немного погодя Сара поднялась, пошла на
  кухню и завернула кран.
  
   Репортер из журнала "Потусторонний взгляд" явился 16 октября, вскоре
  после того, как Джонни сходил за почтой.
   Отцовский дом был удален от дороги; усыпанная гравием подъездная до-
  рожка длиной почти в четверть мили пролегала вдоль стоявших плотной сте-
  ной елей и сосен. Джонни ходил по ней каждый день. Поначалу он возвра-
  щался к веранде, дрожа от изнеможения, хромая и едва держась на ногах -
  их словно жгло огнем. Теперь, через полтора месяца после приезда домой
  (сначала он преодолевал полмили за час), эта ежедневная прогулка достав-
  ляла ему удовольствие, и он ожидал ее с нетерпением. Именно прогулку, а
  не почту.
   Джонни стал колоть дрова к предстоящей зиме, Герберт собирался для
  этого нанять людей, поскольку сам подрядился делать внутренний ремонт в
  домах Либертивилла.
   - Когда старость заглядывает через плечо, Джон, это всякий чувствует,
  - сказал он как-то с улыбкой. - Стоит подкрасться осени - и работа на
  открытом воздухе становится не по силам.
   Джонни поднялся на веранду и с легким вздохом облегчения сел в плете-
  ное кресло. Он закинул правую ногу на перила веранды, потом, морщась от
  боли, обеими руками поднял левую и положил ее сверху. Затем просмотрел
  полученную почту.
   В последнее время она пошла на убыль. В первую неделю его пребывания
  в Паунале приходило в день до двадцати писем и восемь-десять бандеролей;
  в